РИФ+КИБ 2012. Круглый стол: Мобильные технологии и приложения - ЗАВТРА

Обзор круглого стола «Мобильные технологии и приложения – ЗАВТРА»

В рамках конференции «РИФ+КИБ 2012», которая проходила с 18 по 20 апреля в Подмосковном пансионате «Лесные дали» прошел круглый стол, на тему «Мобильные технологии и приложения – ЗАВТРА». Участниками обсуждения стали Тигран Худавердян (Яндекс), Андрей Себрант (Яндекс), Евгений Павлов (HTC), Михаил Черномордиков (Microsoft), Леонид Бугаев (Nordic) и другие гуру в области современных технологий. В роли ведущего выступил Алексей Беляев, руководитель отдела исследований интернета Аналитического Центра Видео Интернешнл.

Приводим подробную запись дискуссии участников круглого стола:

Андрей Себрант, Яндекс: Такое ощущение, что девайс, который мы сейчас называем смартфоном, мобильным телефоном, коммуникатором - потихоньку начинает отчуждать интерфейсы. Даже, когда он был просто телефоном, голосовой ввод-вывод в был отдельным устройством. Можно было, находясь в машине, состыковать его с акустикой машины при помощью гарнитуры. Но сейчас этот девайс все больше становится еще и способом ввода-вывода визуальной информации. Как вы думаете, что произойдёт дальше с вот этой периферией для этих устройств?

Евгений Павлов, HTC: Я хочу сказать, что будущее уже в какой-то мере наступило, потому что четырехъядерные смартфоны уже помещаются в нашей ладони. Компьютеры, которые раньше назывались 286, сейчас помещаются на кончике пальца. Поэтому все идет к минимизации и пока, конечно же, блокирующим фактором развития мобильных устройств является батарея. Как только ученые придумают, как можно ее качественно переработать и сделать более функциональной, более «долгоиграющей», фантазия разработчиков разгуляется, и мы реализуем множество возможностей будущего.

Пока все сводится к вопросам энергосбережения. То есть, сегодня именно батарейка является основным стопирующим фактором у смартфонов. Однако уже сегодня их возможности ограничиваются только нашей фантазией. И второе – это интерфейсы. Пока они не позволят людям понимать, что же произойдет в ближайшие несколько лет.

Андрей Себрант, Яндекс: Вы же тоже умеете фантазировать, потому что я как раз про интерфейсы и хочу узнать. Очень странно, что мы, сумевшие поместить громоздкий системный блок в эту маленькую коробочку, в нее же поместили и экран, и динамик. Я уже видел какие-то смартфоны со встроенными проекторами.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Ведь был классный интерфейс, назывался «Trackball», потом был оптический «Trackball», потом его не стало.

То есть, НТС я не люблю за две вещи: 1) больше нет телефонов с шариком или с оптическим шариком и у всех телефонов зарядка на боковой стороне, 2) НТС не выпускает автомобильные зарядки с изогнутым кончиком.

Евгений Павлов, HTC: Шарик обычный, который пальцем можно было трогать – давно изжил себя. К тому же он часто ломался, поэтому мы и отказались от него. Второе – он стал оптическим там, где наши мыши сейчас остановились. Затем он уступил свое место кнопкам. Вспомните, Генри Форд говорил: «Если б я спрашивал людей, что им нужно, то они бы мне ответили – то, что побыстрее». Все бы просили оптический «Trackball» с большим разрешением, геймеры просят его и сейчас. Нужно мыслить наперед, нужно использовать новые технологии, новые интерфейсы – экспериментировать.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Несмотря на то, что интерфейсы новые - у меня пальцы старые и мне это было удобно, и я не видел ничего удобнее.

Евгений Павлов, HTC: Если мы пять лет подряд будем с одним «Trackball» работать, то мы никогда ничего нового не узнаем и не создадим.

Леонид Бугаев, Nordic: На самом деле, мобильный телефон будет сердцем, и при этом мы с ним будем взаимодействовать не только на уровне тач-взаимодействия с экраном, но и при помощи дополненной реальности. С одной стороны, мобильный телефон будет устройством ввода информации, а с другой стороны – информация будет выводиться и на сторонний дисплей.

Андрей Себрант, Яндекс: На парочке конференций, где я был в последнее время, я обнаружил, что всегда есть какие-то выставки стартапов. И если это по выбору железа, у них все интерфейсы редакторские, они, так или иначе, используют то, что человек стоит перед их стендом, который умеет что-то там странное делать. Больше всего мне понравился стенд, который умеет шарики кидать в баскетбольную корзинку. Но ты не бросок совершаешь, как в обычной игре, а всякие сложные пассы, а затем смотришь, как система принимает их и учишься. Очень смешная вещь, и утверждают, что она помогает при каких-то заболеваниях. Кинект – это подобный новый тип интерфейса. Расскажите мне что-нибудь про такое будущее.

Михаил Черномордиков, Microsoft: Если мы говорим про далекое будущее, то я вам рекомендую зайти на YouTube и найти Microsoft future vision  – это видеоролик, который мы сделали два года назад, если не ошибаюсь, и еще до этого была его предыдущая версия, где мы рассуждали о том, что будет с нашим миром примерно в 2030 году. И там уже есть стол, по которому мы водим пальцами и у нас происходит передача данных по мобильным сетям.

Мой любимый участок этого видео – когда человек берет свою кружку, в которой у него кофе, и на ней есть экран, где показывается температура напитка. Главная идея заключалась в том, что людям все равно нужно то же, что и на экранах сегодня: окно, кнопки, меню, тексты и так далее. Просто сама поверхность будет появляться вокруг нас: это и стол, и окружающее пространство, и воздух и так далее. Если мы говорим про кинект, то это то, что уже наступило, я не думаю, что это будущее.

Андрей Себрант, Яндекс: Вырастет ли это во что-то более, кроме игрушки?

Михаил Черномордиков, Microsoft: Конечно! Кинект – это очень интересная штука, потому что сделана она в ресерче – изначально это был исследовательский проект, который просто вышел на прилавки магазинов, и его смели с какой-то рекордной скоростью. Мы попали в книгу Гиннеса. И да, первый год это было только для игр. Но буквально в феврале мы выпустили кинект для Windows и теперь его можно подключить к ноутбуку на обычном Windows. И разработчики могут создавать приложения Кинекта под Windows и это необязательно и не столько игры. Это, и приложения для врачей, чтобы они могли осуществлять различные сложные манипуляции; и приложения для детей, которые учатся ходить, играть; и приложения для людей с ограниченными физическими возможностями, которые физически просто не могут что-то держать в руке. На самом деле, сегодня функционал просто ограничен фантазиями разработчика, который может взять этот инструмент и просто сделать какой-то софт. К примеру, можно создать софт, который позволит переключать эти микрофоны, не нажимая на кнопки, а просто, взамхнув рукой в воздухе. А дальше мы делаем платформу и даем возможность разработчикам сделать что-то свое на базе наших разработок.

Андрей Себрант, Яндекс: Меня привлек Кинект, потому что у меня есть ощущение, что если он действительно станет по-настоящему массовым – это «убийца» телевизионного пульта. У меня дома пять разных пультов и один из них я постоянно где-то теряю, потому что у меня куча устройств. А так я могу этим всем управлять и без пультов?

Михаил Черномордиков, Microsoft: Да, можно управлять просто голосом: play, stop, CNN и так далее. И на самом деле, сегодня в Америке, для Xbox – это основной рынок: телевизионные каналы пришли внутрь Xbox и теперь ими можно управлять Кинектом. На самом деле, мы, как компания, которая делает софт, мы не умеем отвечать на вопрос, какие устройства, но у нас везде есть метро дизайну - это то, что есть на сегодня в Xbox и кинекте, и это единый путь доступа к информации, и это наш путь. Понятно, у нас есть конкуренты. Понятно, у Apple есть свой дизайн-язык. Я думаю, каждый человек без труда поймет, это продукт Apple или нет. Очень интересно посмотреть, как другие игроки на этом рынке будут делать свои интерфейсы. Сейчас все смотрят, сможет ли Android с этим что-то сделать. Они пытаются делать что-то с их дизайном, но очевидно, что сейчас борьба платформ, она, в том числе включает в себя и борьбу дизайнов, а возможно кто-то новый появится на этом рынке, но как минимум три большие платформы на ней будут.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Мне кажется, что разработки должны двигаться куда-то в направлении максимальной естественности. Если раньше были смартфоны, которые требовали стилус или там были какие-то кнопочки для управления вправо, влево, вверх, вниз, то когда появился IPhone, с возможностью естественного управления пальцем, он стал популярен в первую очередь за счет этого. И куда это движется и как более естественным станет интерфейс… У меня есть мечта: я увидел что-то, я что-то подумал, и у меня сохранилась фотография где-то в голове. Вот это - естественно. Придем мы к этому или нет – посмотрим.

Вопрос из зала: Говорили о том, что в операционной системе несколько делений на кнопки. Вот говорят, что очень хороший интерфейс, новый, квадратный и так далее. Почему тогда на любом сайте, где происходит скачивание программ, то самые лучшие скачиваемые программы.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Это программы ОС Windows - самые скачиваемые программы на любом сайте. Почему случается так, что самые скачиваемые программы – это программы повышения качества интерфейса? То есть я так понимаю, что любой другой интерфейс человек не может выбрать и поставить?

Михаил Черномордиков, Microsoft: Есть мир близкого будущего, я сейчас не про далекое, а про самое ближайшее. И раньше люди хотели настраивать многое, сегодня они не хотят настраивать много - так говорит рынок. И мы видим, что и смартфоны, и планшеты, и компьютеры приходят к такому виду, что есть разные платформы, которые отличаются друг от друга и которые внутри себя очень консестентны. В частности, у нас есть свой дизайн-язык, который будет на Windows 8, который есть на Xbox. Менять интерфейс в нем невозможно, потому что, когда приходит человек, он смотрит – это вот такой интерфейс, это вот такая система. Если он не хочет, он берет другую систему с другим дизайном и так далее. Но ситуация, когда есть система, и у нее нет своего дизайна - уходит. Поэтому сегодня для платформы очень важно показать пользователю, как она выглядит – это и внешний вид, и интерфейсы и интерактивность и так далее.

Вопрос из зала: Ну, вот почему тогда у Google скин можно выбрать любой?

Михаил Черномордиков, Microsoft: Вы сейчас говорите про почту. На hotmail.com тоже можно выбрать скин.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Есть понятие консестивности интерфейса. Оно должно быть обязательно, иначе человек сойдет с ума. С другой стороны мне как пользователю очень жалко, что X Windows manager больше не будет. По крайней мере, интерфейс уже не заменить никогда.

Михаил Черномордиков, Microsoft: Нет, так можно же поставить сверху какую-то штуку, которая будет показывать, но мы говорим, что внутри интерфейса он останется такой, какой есть.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Я просто исхожу из того, что люди разные и у всех разные потребности, но может в большинстве своем все люди одинаковые.

Евгений Павлов, HTC: Я хотел бы провести аналогию с обычной рубашкой. Мы все, говоря «рубашка», представляем себе пуговицу, два кармана, рукава и они, соответственно, отличаются по цветам, по фактуре и так далее. Вот интерфейс расположения пуговиц и воротника одинаковое – все люди к этому привыкли, но материал все должны выбирать по-разному. Это, как пример, как люди привыкают к интерфейсам.

Тигран Худаверян, Яндекс: На самом деле, мобильная история развивается скачками. То есть, до 2006 года не существовало мобильного Интернета как такового. То есть, он существовал как-то, но это была просто технология. Потом одна известная компания придумала, как сделать так, чтобы с этого телефона можно было пользоваться интернетом, и появилась новая эра. В 1995 году не было мобильных телефонов и их придумали. Я думаю, что поступательное движение оно очень эффективно. Мы как-то все развиваемся, все стараемся, но реально скачки происходят очень редко: в пять-десять лет, и только за счет них развивается вся индустрия.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: А где ты ожидаешь следующего скачка?

Тигран Худаверян, Яндекс: Если б я знал, я бы уже разбогател и быстро купил акции этой компании. Не знаю. Это на самом деле, произойдет в каком-нибудь случайном месте, я уверен. Игорь: На самом деле, уже было сказано, что самая загвоздка – это в батарейках для устройств. На самом деле, я не уверен, что интерфейсы останутся навсегда. Сколько интерфейс интересный, хороший будет жить – десятилетие или два?

Михаил Черномордиков, Microsoft: Это может быть пройти через два года на самом деле, кто знает.

Тигран Худаверян, Яндекс: И еще есть проблема в разрешающей способности для компаса и для Кинекта. Вся эта виртуальная реальность не будет работать, если не работает компас и с кинектом – то же самое: кроме каких-то игр дальше ничего нельзя сделать, потому что там тоже эта проблема.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Мне кажется, что объемы данных становятся такими огромными, что сегодня проблема может оказаться как раз на уровне канала передачи данных. Нет?

Игорь Воробьёв, Лантек: Вы имеет в виду, что на стороне операторов?

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Да.

Игорь Воробьёв, Лантек: Настолько частот будет не хватать, я сомневаюсь.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: То есть ЛТЕ – это будущее?

Игорь Воробьёв, Лантек: Нет, ЛТЕ на самом деле – это не залог успеха какой-то. Это то, что мы умеем на своей стороне оптимизировать трафик и можем делать так, чтобы распределять ресурс оптимальным образом. Затык всегда в том, что хочет клиент, конечный потребитель.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Я знаю, что для пользователя очень много значат цифры. И если он будет думать, что он на трехдюймовом экране сможет смотреть HD видео…

Игорь Воробьёв, Лантек: А зачем на трехдюймовом экране смотреть HD видео?

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Это надо объяснить гикам, которые на форумах это пишут.

Игорь Воробьёв, Лантек: ГИК – это, так называемая, теория развития продукта и то не факт, что продукт будет дальше жить.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Давайте называть вещи своими именами. Сейчас даже почту тяжело почитать на мобильном телефоне.

Михаил Черномордиков, Microsoft: Я только что из отпуска вернулся - был в Гонконге, и там на каждом углу стоит аппарат: «Скачайте наши приложения, дополненные реальностью, мы вам покажем, что смотреть в этом городе». Скачиваешь на смартфон, он тебе показывает куда идти, что смотреть. Это работает для туристов уже сегодня и абсолютно бесплатно, для всех желающих.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Я понимаю это. Просто Игорь сказал, что кроме HD, чтобы были настолько требовательны. Игорь, мне почему-то кажется, что лимитирование каналов в этом месте существует.

Игорь Воробьёв, Лантек: Существует, но это не есть барьер, который нельзя преодолеть, это правда.

Андрей Себрант, Яндекс: Там есть очень интересная вещь: в тот момент, когда человек начинает пользоваться этим устройством, как основным компьютером – он начинает хранить всю свою информацию не на устройстве, а в облаке – это означает, что он может захотеть скачать файл абсолютно любого размера. Я просто к тому, что к предстоящему облаку у людей привычка не выработалась. Как только она выработается, трафик возрастет многократно, потому что сейчас все борются, чтобы у них было 64, а не 16 гигов в Ipone, а по-хорошему в будущем эта цифра должна потерять смысл.

Игорь Воробьёв, Лантек: Сама прошивка телефона тоже растет. Если лет 5 назад она занимала всего пару мегабайт, то сейчас в НТС она - более 70 мегабайт!

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Вот у меня телефон полутора лет, в нем 10Мб свободной памяти. Это был лидер полутора лет назад и память постоянно кончается. Не могу удалить 30Мб контактов. Получается, что облака – это уже не «сегодня», а «вчера». Матвей Алексеев подходит ко мне с IPad и говорит: «Я позавчера такие классные фотки сделал, давай покажу». Открывает Facebook и говорит: «Эх, если б здесь интернет работал». Он фотоальбом свой хранит в Facebook. Это уже случилось.

Тигран Худаверян, Яндекс:На самом деле, это проблема Москвы.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Я не жалуюсь на то, что здесь нет интернета, я про то, что привычка уже существует.

Андрей Себрант, Яндекс: Ты прав насчет Москвы. Меня бесит, что из Европы со знакомым в Екатеринбурге я могу по видео Skype спокойно с гостиницы, не платят ни копейки общаться, с московскими - нет.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Не надо идеализировать запад в этом плане. Год назад в Нью-Йорке у меня speedtest показывал 0kb.

Тигран Худаверян, Яндекс:Игорь говорит, что нет технологических барьеров. Понятно, что это проблема не в какой-то конкретной западной точке, что не смогли так сделать, то, что не сделали в Нью-Йорке, в Москве – это проблема другого порядка.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл: Хорошо. Мы не только говорим о том, какое будет будущее. Вы правильно сказали, что стоппер – батарейка. Просто потому что здесь нет представителей фирм батареек, и мы просто согласились. Они бы сказали, что это не стоппер. Дима Сысоев, почему ты выбрал офлайн путь, если в регионах с трафиком все хорошо?

Дмитрий Сысоев: Мы выбирали достаточно давно, и когда был сделан этот выбор, трафик был особенно дорог. Думаю, что эта тенденция будет продолжаться еще два года. В Новосибирске сегодня каналы, разумеется, лучше, чем в Москве, но я не могу сказать, что качество связи идеальное. Нет, в нашем офисе, где мы находимся в верхних этажах здания со связью большие проблемы.

Игорь Воробьёв, Лантек: Мы видим, что проблема не в стоимости трафика, это, действительно, не барьер. Проблема именно в понимании, зачем это надо. Мы с вами говорили сегодня на презентации, что вот эта юзабильность интерфейса, как красиво летит домик, 3D и если это ему нравится, то на трафик он уже не обращает внимания.

Дмитрий Сысоев: Я полностью согласен и я не думаю, что трафик будет стоппером в будущем.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Кто еще из регионов? Скажете два слова?

Представители Калужской области: У нас все плохо. У нас нет ни 3G, ничего у нас нет. Мы не можем ни чем пользоваться.

Игорь Воробьёв, Лантек:А у меня есть другой пример, когда при отсутствии ШПД за 130 км от Красноярска, люди пользуются мобильным интернетом, потому что это интернет. Это, кстати, к вопросу мобильный и не мобильный.

Николай, Воронеж: В Воронеже все хорошо, 3G на великолепной скорости, если говорим об интернете. Выделенная линия прекрасно работает на хороших скоростях, я не знаю, почему такая проблема в регионах.

Андрей Себрант, Яндекс: Я вот чувствую, как пять лет назад была популярна карта «средняя скорость по фиксированным линиям», и, послушав ребят из Калужской и Воронежской области, которые не на разных концах страны, что пора нам строить какую-то карту скоростей доступа по воздуху. Это, правда определяет развитие российского интернета.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Я вот на самом деле, хотел немного перевести тему трафика и продолжить общение с Игорем: трафик вы обеспечите, но вы окажетесь в той ситуации, когда вы передаете трафик из точки А в точку Б к потребителю. Вот вас эта ситуация не пугает?

Игорь Воробьёв, Лантек: Я уверен, что она сильно зависит от реакции того или иного оператора на внешнюю среду и как грамотно адаптируется, но мы уже сегодня умеем внутри трафика разделять его по разным признакам и вот ответ – мы можем выделить и Skype, если надо, можем выделить еще что-то.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Ну, вот вы выделили чужой трафик, ну и что? Игорь: Почему чужой? Это на самом деле, первая точка отправления к сервисам.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Мы закроем их Skype…

Игорь Воробьёв, Лантек: Это не закрытие. Все же знают, что если говорить о приложении Skype, то они не вкладывались в сеть, поэтому мы считаем рационально использовать тот ресурс, который у нас есть, за который мы заплатили. Все логично. На самом деле, если сегодня говорить о трубе, труба, умная труба – красивый термин. Будет и то и другое, скорее всего. Будут и сервисы, которые предоставляем мы совместно с кем-то и не совместно с кем-то, будут сервисы, которые используют, как трубу нас в чистом виде. Вот это будущее.

Андрей Себрант, Яндекс: А можно подробности? Я, как и многие в этом зале хорошо помню, как выглядели провайдеры обычного интернета на заре его юности. Там обязательным случаем был набор его сервисов. Провайдер гордился, что он предоставляет почту, провайдер гордился, что у него есть свой портал, провайдер гордился, что у него есть свой контент. В Russia Online, пресловутый портал, достиг наиболее яркого воплощения этой идеи, а потом… Сейчас, если заходишь на портал оператора, который тебе интернет дает – быстренько заплатить за карточки. Заводить почту у своего провайдера – это экзотика. А мобильные операторы идут этим же путем. Они создают развесистые сервисы вокруг себя, которые вообще-то не их.

Игорь Воробьёв, Лантек: Вопрос то в чем? Что это плохо или это хорошо?

Андрей Себрант, Яндекс: Вопрос в том, что вроде бы естественное развитие, но я употреблю термин «тупая труба». Как вы думаете, туда придут мобильные операторы? Потому что для нас интернет будущего – это все-таки интернет по воздуху.

Игорь Воробьёв, Лантек: Я помню время, когда организовывались маленькие компании. На самом деле, зачастую это были, чуть ли не студенты, которые собирали дом, второй дом, третий дом и получались отличные провайдеры, потому что они этим управляют. Они это делали лучше всего. Потом появились люди, которые стали лучше всего какие-то сервисы придумывать. Зачем нам что-то придумывать, когда мы можем предоставлять с теми людьми, которое это уже придумали в каком-то совершенном виде?

Андрей Себрант, Яндекс:: Был хороший вопрос про Skype. Вы будете делать так, чтобы Skype хорошо поверх вас работал?

Игорь Воробьёв, Лантек: С моей точки зрения можно осуществить договоренность со Skype.

Андрей Себрант, Яндекс: А, значит, эта бизнес модель. Это разумно. Спасибо!

Евгений Павлов, HTC: Есть такое мнение, что операторы скрытно борются с учеными, которые работают над альтернативными источниками энергии. Что будут делать операторы, если узнают, что некие ученые, например, придумали технологию построения сотовой сети через магнитное поле земли? Игорь: Отлично, мы станем оператором магнитного поля Земли. Ведущий: Я бы хотел Андрею ответить. Я, конечно, изнутри провайдеров не помню, но я помню все эти провайдерские тусовки, в том числе и здесь. Станем мы трубой или не станем трубой? И эта была тема с двухтысячного года.

Андрей Себрант, Яндекс: Она еще два года назад была на РИФе чуть ли ни на министерском столе. Ведущий: Тут есть разница. С точки зрения провайдера проводного интернета – пока ты живешь в доме, у тебя есть этот оператор, может, ты не будешь звонить, может, переедешь, может, оператора сменишь, а мобильный телефон – это все-таки очень персональное устройство. Но номер… Сколько людей держат оператора из-за номера.

Андрей Себрант, Яндекс: Раз мы говорим за будущее, ты не думаешь, что номер – это в неком смысле рудимент? Рудимент той технологической эпохи, когда ты должен был какие-то номера запоминать.

Евгений Козлов: Есть такая идея, что в будущем у мобильного телефона появится какое-то свое доменное имя. Я знаю, что в Израиле уже над этим начинают работать и получают деньги.

Ольга:: На самом деле, я думаю, что все эти вопросы про интернет и далее – это все вопросы про деньги, про будущее. Сейчас оператор берет деньги за интернет, апсторы берут деньги за приложения. Если мы говорим о будущем, то интересно, как операторы это видят, потому что очевидно, что в будущем интернет должен быть бесплатным и, конечно, будет.

Игорь Воробьёв, Лантек: Конечно, сделаем все, что хотят наши пользователи.

Ольга:: Чтобы вам быть больше, чем просто трубой, которой еще платить никто не будет, вам нужно сейчас, получается, вот эти самые деньги, не за приложения, но в будущем уже за сервисы какие-то облачные, научиться брать деньги и строить эту систему сейчас.

Игорь Воробьёв, Лантек: Согласен, но дело не только в операторе. Проникновение в мобильный рынок сейчас на уровне 22 процента. В моем понимании оставшиеся 78 – это люди, которые не нашли зачем им нужен мобильный интернет вообще. Просто не хватает мобильного контента.

Андрей Себрант, Яндекс: Почему он должен быть мобильным? У меня интернет, зачем мне контент вообще?

Игорь Воробьёв, Лантек: Это пример того, зачем человек туда придет в мобильный интернет в целом.

Комментарий из зала: А вот это хороший вопрос на самом деле. По сути, у нас получается некая такая цепочка, где есть производитель платформы, допустим, система операционная, есть производители устройств, есть операторы. И вот кто из них будет контролировать будущее?

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:А мы Google Android не боимся?

Евгений Павлов, HTC: Я не боюсь, например. Я уже пережил это.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:В чем у нас будущее с Android будет? Мы сейчас видим очень агрессивное развитие устройств на базе Android. Есть тот самый Google и рассказ Леонида Бугаева о том, что в будущем за нами будет следить «Большой Брат». И честно говоря, на роль большого брата Google подходит больше всего.

Тигран Худаверян, Яндекс: Я уверен, что в мире будет три платформы. Я думаю, что больше не будет по причине их дороговизны. Очень дорого разработчикам разрабатывать под больше, чем три платформы приложений. Не потому что очень дорого делать, а потому что она дорогая с точки зрения экосистемы. Я думаю, что, на самом деле, это к счастью или сожалению, Android скатится больше в сторону Linux. То есть, платформы на более низком уровне. У них, к сожалению, не получается создать вот ту прослойку, которую создал Apple – прослойку интерфейсов, прослойку правильной экосистемы. Это очень хорошая технологическая платформа и это доказывает, что все производители хотят делать очень легко телефоны. Можно костумизировать, как угодно.

Алексей Беляев, Аналитический Центр Видео Интернешнл:Этот тот Linux, который собирает о тебе все данные, которых имеет больше, чем любая операционная система и передает ее